Александр Яковлевич Анцупов (род. 7 июля 1924) — Герой Советского Союза (1943), командир стрелкового отделения мотострелкового батальона 69-й механизированной бригады 9-го механизированного корпуса 3-й гвардейской танковой армии Воронежского фронта, младший сержант.

- Вы хотели попасть на фронт?

- Мы договорились с ребятами. Отправили на фронт. Приехали в Омск. Потом нас направили в Черемушки, там были военные лагеря, где формировали роты из пожилых людей  и отправляли их на фронт. А нас, молодежь, которые были немножко образованы, набирали в полковую школу. Мы сначала не хотели, думали, что лучше бы на фронт. Кормили здесь очень плохо. Нас повезли на восток. Подъехали к Барабинску, и нас выгружают. А потом отправляют в Куйбышев. И там нас привезли в училище, где мы обучались полгода. Там я немного учился на радиста и окончил снайперскую школу.

- То есть там располагались вот такие военные школы, где обучались ребята со всей страны?

- Да. Одна школа располагалась в центре, возле райкома, а мы жили за Механическим заводом в землянках.

- Это был какой-то интернат такой или военная часть?

- Это был военный городок. А часть была в центре. Там были артиллеристы, минометчики. Там было стрельбище и т.п. Мы проучились, и н6ам присвоили погоны.

- А какое звание вам там присвоили?

- Звание младшего сержанта. Потом за нами приехали покупатели с 3-й гвардейской танковой армии. В Харькове ее сильно потрепали. И Сталин дал 300 танков, чтобы восстановить эту армию.

И мы поехали. В Омске я попал в Танковое училище на трехмесячные курсы, где я учился на радиста.  И вот, когда еще не прошло три месяца, уже Курская дуга… Полк отправили туда, потом нас перебросили Тулу защищать, Ясную поляну. Мы были в резерве главнокомандующего, нас готовили не для Курской дуги, а для форсирования реки Днепр. Чтобы когда оборону прорвут, мы сходу, а было только 700 танков, шли к Днепру гнать немцев, чтобы их захватить и уничтожить. Чтобы они не перебрались на другую сторону. Там уже была битва, 7 дней они бились на Курской дуге. Множество было потерь с обеих сторон. Но никак не могли прорвать оборону, поэтому и нашу армию тоже ввели. За двое суток мы вышли на подступы к городу Мценск. Вступили в бой, это было в июле. Бои были очень тяжелые.

- Вы ведь были ранены?

- Был-был, я расскажу. Я был радистом, у меня был пулемет, рация. Я держал связь с корпусом. Мой друг, Миша Федотов, тоже был радистом. Нам нужно было отсекать немецкую пехоту от их танков, уничтожать их. Мы освободили Мценск, подбили много танков. И нас, конечно, подбивали. Мы форсировали реку Оку. Но в город мы сами не входили, потому что улицы там были очень узкие, и нас могли подбить. Потом нам нужно было выйти к реке Кромы. Район мы освободили. Разведчики доложили командиру нашей бригады, что они нашли брод, через который мы могли бы переправляться. Но нас подбили. Танк загорелся, и я немного обжег руки. И я сразу прыгнул в воду. Этим я спасся, а экипаж погиб. Потом я обратно попал в Ясную поляну. Там формировали корпус специально для форсирования Днепра. Армия наша уже шла по направлению к Полтаве. А нас было два экипажа. Пулеметное отделение было, пушка. К тому времени я уже попал в 69-ю бригаду. У нас было две рации, мы держали связь. Мы вышли к городу Переяслав-Хмельницкий, образован он был во времена соединения России и Украины. Там и памятник стоял Богдану Хмельницкому. (…)

Ночью на лодках мы переплыли. Переплыли удачно, нас не заметили. Лодки пошли обратно, мы тихонько спрятались в окопы. К утру немцы пошли на нас: мотоциклисты, автомашины с пехотой. Трудно нам было. Три танка подбили, мы чувствовали, что они нас поджимают. Нас поддерживали с той стороны Днепра. И «Катюши», и танки наши, и пушки стреляли. В общем, отбивались как могли… Утром снова на нас пошли 9-10 танков. Потом отступили, потому что мы тоже отбивались, потом снова наступали. И так примерно целые сутки. У нас очень много было погибших. Было 24 человека, а стало 4… На пушке остался Коля один, заряжающий погибает, командира ранило, подносчика тоже убили, он один остался. Мы пустили в ход «ракету», «Катюш» они наших очень боялись. И отбились. И вот остались вчетвером, сели на станину на опушке, обнялись и заплакали…

Тяжелые бои там были, 38 суток мы пробыли на этом плацдарме. Особенно тяжелые бои были 12-го октября. Мы форсировали 22-го сентября.

Только на этом клочке погибло 150 тысяч наших солдат. (…)

Потом командование решило снять оттуда нашу армию. Нас отправили на Лютинский плацдарм, это севернее Киева. (…)

Потом я попал обратно в свою 23-ю бригаду, с которой воевал на Курской дуге.

Мы освободили город Житомир, потом Бердышев и др. В конце марта (43) мы вышли в город Проскуров, его освободили. Потом направились на город Львов.  Но немец нас там так побил…

- Вам в 43-м присвоили звание Героя СССР? Расскажите об этом.

- Я командовал 1-м отделением. Командиры  других 3-х отделений погибли. После этих страшных боев нам присвоили звание Героев СССР.

Я был ранен, поэтому не попал в училище. Я не знал долгое время, что нам присвоили звание Героев. Потому что я ведь был ранен, а к тому же переводился  в другую бригаду, я так и не знал, воевал. Маме прислали письмо с благодарностью в 43 году, то есть она узнала раньше меня. А связи у нас не было, потому что потом после боев подо Львом, дальше в Польше я был тяжело ранен. Нас подбили на Висле в 44-м году, я был в голову ранен.

 Я лежал в госпитале.  (…)

- Получается, у вас было 3 ранения?

Да, первое и второе не такие страшные, а вот последнее тяжелое было. Я был ранен в голову, контузия головного мозга была, я потерял зрение. Лечился в городе Киеве. Потом в Курск перевели, потом в Баку, а оттуда в санаторий на берегу Каспийского моря. Потом выписали меня, омская сестра нас повезла. Один в Челябинске вышел, другой – в Кургане, а я уже от Омска поехал самостоятельно. Приехал в Коченево, потом домой в Федосиху. Маму к тому времени перевели в совхоз, где я работал. Ее перевез управляющий, потому что она осталась с маленькими детьми.  Брат работал на заводе в Челябинске. Две сестры работали на заводе «Сибсельмаш». А мать осталась с пятью маленькими ребятишками.  Из госпиталя я писал, но сам не получал ни одного письма. Хорошо, что они, родные, получали.

Стал работать завхозом, потом меня избрали председателем профкома,  после стал в бухгалтерии работать. Там и познакомился с Евой Васильевной, она работала заместителем главного бухгалтера.  Познакомились, поженились (1946 г). Она потом работать не стала, я стал на ее месте.  В 50-м году меня избрали председателем сельского совета. Пять лет я проработал. Потом его ликвидировали, начали объединять все. В Федосиху я не поехал, потому что Ева Васильевна отговорила: «Ты горячий такой, а там председателя убили в 43-м году…» Я не поехал. В 55-м году меня избрали в торговлю, председателем совхоза рабкопа. Так и работал. Позднее (1957г) был награжден медалью «За освоение целинных земель». В 1959 году был награжден знаком «Отличник потребительской кооперации».

В кооперации я проработал 28 лет, был председателем на одном месте.

В 70-м году – медалью «Сто лет со дня рождения В.И. Ленина», а в 71-м был награжден орденом Октябрьской революции. А на фронте еще награждали медалью «За отвагу», а уже после этого присвоили звание Героя в 43-м году, «За форсирование реки Днепр, прочное закрепление плацдарма». Мне тогда было 19 лет.

Есть дети. Две дочки, три внучки, трое правнуков.